Больные с характерологическими особенностями истеровозбудимого круга 1

У наблюдавшихся нами больных в структуре характера отчетливо выявлялось стремление добиваться признания, получать социальное одобрение, производить впечатление, «казаться большими, чем есть на самом деле». В поведении на первый план выступала тенденция к демонстративному поведению, позерству. Им были свойственны эмоциональная незрелость, экспрессивные, бурные эмоциональные реакции, порой неадекватные по силе раздражителю. Они обладали повышенной ранимостью, чувствительностью, сочетавшейся с малым умением сдерживать свои эмоции, отложить по времени удовлетворение потребностей. Больные предъявляли окружающим повышенные требования, стремились подчинить их себе. Их отличали эгоцентризм, завышенная самооценка, завышенный уровень притязаний, тенденция принимать желаемое за действительное.



Однако вплоть до начала систематического употребления алкоголя у больных не отмечалось серьезных нарушений социальной адаптации. Систематический прием алкоголя больными данной группы редко начинался и поддерживался исключительно внешними неблагоприятными микросоциальными воздействиями. Обычно в выпивающие компании их приводила неудовлетворенность своим реальным положением. Стремясь к самоутверждению и не обладая достаточными способностями и личностными качествами для его достижения, больные легко входили в состав различных алкогольных компаний. В алкогольном опьянении достигалась положительная самооценка и смягчались отрицательные эмоции, которые нередко питались длительно существующей психотравмирующей ситуацией, демонстрирующей несостоятельность больного, его реальными и вымышленными обидами. Больные и в таких компаниях нередко пытались в кратчайшие сроки завоевать авторитет, подстраивались под алкогольных лидеров. В результате употребление спиртного у части из них носило утрированный характер и отличалось чрезмерностью. Особенностью этих больных был относительно легкий и скоро осуществляемый переход из реального мира в мир алкогольных традиций и обычаев.

«Положительные» свойства алкоголя ценили и склонны были выделять акт приема алкоголя и эффекты, получаемые в опьянении, из многочисленных питейных традиций. Однако при объяснении своего пьянства близким демонстрировали полную некритичность и целиком относили собственное пьянство на счет внешних влияний. Внутренние запреты на употребление алкоголя быстро утрачивали свою силу, и больные нередко использовали и традиционные поводы для употребления алкоголя. Они сообщали, что рано начинали осознавать желание употребить алкоголь, но не пытались с ним бороться. Напротив, при появлении такого желания стремились побыстрее его реализовать. По их мнению, желание употребить алкоголь с самого начала, еще на I стадии, появлялось в очень интенсивной форме. При задержке его реализации резко возрастало психическое напряжение, снижалось настроение, «все дела валились из рук», появлялись возбуждение, непоседливость. Родственники больных сообщают, что при упоминании об алкоголе в такие периоды у больных возникала яркая эмоциональная реакция, содержание которой определялось возможностью употребить алкоголь или отсутствием такой возможности. Если родственники препятствовали приему спиртного, то больные были очень изобретательными в поисках предлогов для ухода из дома и часто им удавалось обмануть родственников, заставить их поверить себе.



Особенностью больных этой группы было относительно раннее становление интенсивных вторичных форм влечения к алкоголю, в частности «утраты контроля» за количеством употребляемого алкоголя. На I стадии заболевания такое впечатление создавалось во многом благодаря тому, что интенсивное желание употребить алкоголь, возникающее до его начала, обусловливало и быстрый прием значительного количества алкоголя на протяжении короткого периода времени. Однако в дальнейшем, по мере приближения II стадии (через 2—4 года после начала заболевания), утрата количественного контроля возникала и при сравнительно невысокой интенсивности первичного патологического влечения к алкоголю, а невозможность продолжить начатый эксцесс приводила к бурным отрицательным эмоциям.

В течение перехода ко II стадии и в ее начале (через 3—5 лет после начала заболевания) актуализация влечения к алкоголю происходила в основном под влиянием переживаний, касающихся основных внутриличностных конфликтов. В этот период актуализация первичного патологического влечения к алкоголю сопровождалась борьбой мотивов. Борьба с намерением употребить алкоголь особенно часто происходила в тех случаях, когда прием спиртного мог препятствовать получению больными социального одобрения. Дискомфортная для большинства больных борьба мотивов в последующем могла ускорить прием спиртного с целью прекращения тягостной для себя внутрипсихической борьбы мотивов.

Стремление к опохмелению формировалось довольно быстро, уже в начале II стадии алкоголизма, причем отсрочка в опохмелении с самого начала представляла для больных существенные трудности. В периоды актуализации этой формы вторичного влечения к алкоголю ярко проявлялись свойственные больным возбудимость, вспыльчивость, агрессивность.

На II стадии, начиная со времени становления развернутых форм вторичного влечения к алкоголю, резко уменьшается элемент борьбы мотивов при актуализации первичного патологического влечения.

Развитие влечения характеризуется быстро нарастающими аффективными расстройствами. Желание употребить алкоголь осознавалось больными лишь в последний момент, непосредственно перед началом эксцесса. Перед этим оно, по словам больных, иногда «случайно мелькало в голове». Это придавало патологическому влечению на II стадии некоторую импульсивность и непредсказуемость. Четкая однозначная связь с прежними факторами актуализации влечения утрачивалась: у части больных появлялись «беспричинные», недостаточно мотивированные приемы алкоголя. У некоторых из них уже в начале II стадии заболевания неотложная реализация влечения приводила к тому, что новый алкогольный эксцесс мог начаться в неподходящий период, в неподходящих условиях и тем самым противоречил объективным интересам больного, способствовал социальной дезадаптации.

Симптоматика актуализации патологического влечения к алкоголю у больных с характерологическими особенностями истеровозбудимого круга была полиморфной, по с преобладанием психических нарушений.

1. А. Е. Личко (1977) отмечает, что у «чистых» истериков истинный алкоголизм встречается крайне редко, а в случаях алкоголизма истерические особенности личности сочетаются с чертами другого типа. В. А. Гурьева и В. Я. Гиндикин (1980) установили, что склонность к систематической алкоголизации у истеричных подростков обычно возникает при наличии у них элементов возбудимости и неустойчивости. Е. М. Новиков (1977), исследуя особенности хронического алкоголизма у истерических личностей, установил у подавляющего числа из них сочетание истерических и возбудимых черт характера. Н. Н. Иванец и А. Л. Игонин (1983) указывают, что при алкоголизме истерические особенности настолько часто сочетаются с возбудимостью, что более адекватной является квалификация этих больных как истеровозбудимых.