Братство Косьмы и Дамиана

Церковь преследовала не только анатомические поиски, но и занятия хирургией.

В средневековом обществе это ремесло не входило в число богоугодных специальностей. Ведь хирурги проливали кровь, а церковь, согласно ее учению, была решительным противником таких методов лечения.

Правда, поначалу медики из духовного звания имели право вести хирургическую практику, но вскоре вынуждены были отойти от этих занятий.

Хирургия, как и анатомия, попала в число греховных профессий. Она слишком близко стояла к практике, была более земной, чем того хотелось бы церкви. Ее не изучали в университетах. Эта специальность считалась уделом людей низшего сорта.

Сословные предрассудки средневекового общества только закрепили подобное представление.

В ремесленном Париже портной не имел права чинить поношенную одежду: это было делом старьевщика. Тот же не мог шить из нового: в своей мастерской новые платья шил только портной. Столяры делали мебель без замков, иначе они нарушали бы права слесарей. Кузнецы не чинили и не продавали ключей.

Хирурги тоже образовали свой союз — братство святых Косьмы и Дамиана. Так звали христианских мучеников-целителей, которых хирурги условились считать своими небесными покровителями.



На земле за членами братства следило тоже немало глаз, и прежде всего епископы города. Они утверждали и подписывали уставы братства, и этот обычай сохранился во Франции до XVII века.

За деятельностью хирургов ревниво наблюдали доктора с университетским образованием. Они берегли чистоту своих рядов от чужаков-костоправов.

Свой союз имело и беспокойное племя цирюльников во главе с первым цирюльником страны — брадобреем короля. Поначалу они только стригли и брили своих клиентов, но со Временем их функции расширились.

В XIII веке в руки цирюльников попали ланцеты для кровопусканий, и они стали соперниками хирургов.

Представители разных категорий лечащего сословия то и дело враждовали между собой, отстаивая свои права и Привилегии и нарушая чужие. Первоначально их роли распределялись так.

Доктора медицины лечили внутренние болезни, выписывали рецепты, предписывали больным клизмы.

Хирурги делали операции.

Цирюльники стригли, брили, пускали кровь и делали небольшие операции.

Цирюльники красили свои лавки в синий цвет. Рекламой их деятельности служили ножницы, гребни, а с XII века — белые тазовые кости.

Хирурги же выбрали для своей рекламы кости, окрашенные в желтый цвет.

И те и другие вели кочевой образ жизни. Они переходили и переезжали из города в город. Особенно привлекали их людные ярмарки, эти животворные артерии средневекового общества. Как тут не вспомнить ар-Рази с его описанием ярмарочной медицины! Прибывая на новое место, хирург ставил палатку и раскладывал на видном месте многочисленные патенты и аттестаты в доказательство своей учености и искусства, солидные камни, якобы извлеченные из мочевого пузыря больных, а также пауков и гадов, удаленных из голов помешанных. Часто медики нанимали барабанщиков и трубачей, и те громогласно оповещали всех страждущих о начале очередного приема.



Как далека была знаменитая и сейчас клятва Гиппократа от деятельности средневекового хирурга!.. «В какой бы дом я ни входил, — завещал врачам «отец медицины», — я войду туда только для блага больных, свободный от всякого произвола и несправедливости».

Кочующие эскулапы оставляли своих больных на произвол судьбы, не заботясь ни о каком лечении после операции.

Но они были едва ли не единственными представителями медицины, которые занимались ею практически. Можно понять, почему сценка — средневековые врачи у постели больного — стала распространенной темой сатирических рисунков. Доктора-теоретики в длиннополых одеждах, обернувшись спиной к пациенту, с важностью рассуждают о причинах его недуга, держа в руках ученую книгу, а смерть, коварно ухмыляясь за спиной у спорщиков, без помехи уносит свою жертву.

Долгое время предметом столкновений между докторами и хирургами были... рецепты. Их выписывали только доктора медицины. Хирурги же в своей деятельности то и дело вторгались в запретную область. Тогда доктора вступили в соглашение с цирюльниками и открыли для них курсы, где преподавание медицины велось не на латыни, а на французском языке. И тут-то хирурги дрогнули: в 1491 году от них поступила смиренная просьба прекратить занятия с цирюльниками. Они обещали впредь рецептов больным не выписывать.

Мир продержался недолго. Спустя несколько лет вражда вспыхнула вновь, снова образовалось два фронта. На этот раз хирургов обвинили в том, что они часто промывают желудок пациентам, ущемляя права докторов медицины.

Доктора, хирурги, цирюльники — это еще не все, кто занимался врачеванием больных.

К медицинскому сословию средневекового общества причисляли себя банщики и... шарлатаны, как их тогда называли. Они тоже лечили. Банщики, объединенные в особый союз, выступали в роли специалистов по наружным болезням, особенно по кожным.

А что делали шарлатаны и кем были они? Представители этого разобщенного племени не имели никакой медицинской подготовки. К ним принадлежали деревенские пастухи, кузнецы, охотники, собиратели червей (червями, растертыми вместе с другими снадобьями, лечили различные раны). К таким лекарям относились с большим презрением. Недаром в свидетельстве о рождении немецкого ремесленника писали так: «Рожден в законном браке; не имеет в родне крепостных, цирюльников, банщиков и прочая».