Шестьдесят девять страниц Мондино де Люцци

     Каждый согласен: по праву
     Салерно — бессмертная слава.
     Целого света стеченье
     Туда, чтоб найти исцеленье.
     Я полагаю, что верно учение школы Салерно,
     Хоть ненавистными стали мне люди, что там обитали.

Эти строки были написаны в начале XII века. Автор их подписывал стихи псевдонимом — Архипоэт. Полагают, что принадлежал он к рыцарскому сословию, участвовал в крестовом походе и тяжелый недуг заставил его побывать в Салерно, близ Неаполя, в самой известной тогда медицинской школе практического направления. Единственная в империи, она получила право присваивать звание врача. Занятия в этой школе, получившей название «Гиппократовой общины», продолжались пять лет и дополнялись годом практической работы.

Большую роль в развитии первой медицинской школы Западной Европы сыграл известный врач XI века Константин Африканский. Он переводил для Салерно с арабского языка медицинские сочинения древности и, к неудовольствию духовенства, надзиравшего за направлением умов учителей и учеников, то и дело обнаруживал желание сойти с дозволенной дороги в изучении медицины.

Можно сказать, что школа в Салерно носила светский характер: деканы ее были не католические монахи, а люди семейные, и среди преподавателей XI века история медицины называет несколько женских имен.



XII век был временем наивысшего расцвета Салерно. Именно к этому времени в разных городах Европы уже сложились союзы преподавателей и учащихся. Они стали постоянными и получили название «университеты». Латинским словом «университас», что значит «община», обозначали всякого рода профессиональные объединения. В зависимости от предмета изучения эти корпорации стали называться факультетами. Словом «факультас» первоначально определяли отдельную область знания.

Медицина тоже стала предметом факультативного изучения.

Неоднократно медики из Салерно обращались к духовным властям с просьбой разрешить анатомические вскрытия. Церковь безмолвствовала. В 1240 году император Фридрих II своей властью даровал им право вскрывать один труп в пять лет.

Но прошло шестьдесят лет, глава церкви запретил и эти редкие вскрытия.

Однако просьбы от университетов продолжали поступать. И в XIV—XV веках в уставах некоторых учебных заведений уже появился параграф, который предусматривал занятия анатомией в специальных помещениях.

Но одно дело — разрешение на бумаге, другое — практическая организация занятий. Получить труп для исследования каждый раз оказывалось делом чрезвычайно трудным. Чаще всего преподавание анатомии сводилось к чтению на латинском языке соответствующего раздела из сочинений Галена.

Учебников не было. Студенты при подготовке к диспутам, в результате которых выясняли степень их знаний, пользой вались записями лекций.

Если студенческая жизнь складывалась удачно, счастливчик через семь-восемь лет получал ученую степень доктора и ее символы: берет, книгу как подтверждение его учености и перстень-печатку.

Нередко обладателю этой степени бывало уже за тридцать, потому что студенты меняли университеты, переходили из одного города в другой. Преподавателей они могли выбирать сами.

Но Мондино де Люцци, сыну аптекаря из Болоньи, было всего двадцать лет, когда университет города присвоил ему степень доктора медицины. После тысячелетнего перерыва Мондино де Люцци вновь взял в руки скальпель и встал к секционному столу. Исследовав труп, он написал книгу о человеческом теле. Этот небольшой учебник анатомии — всего шестьдесят девять страниц — стал пособием для нескольких поколений врачей. Мондино де Люцци первым попытался уточнить и дополнить Галена.

Однако и он действовал с оглядкой на папскую власть; кости черепа анатом не исследовал. Лучше, считал он, держаться «от греха подальше». Ведь шел только 1315 год.

Анатомия по-прежнему считалась самой опасной и греховной отраслью медицины. Описание человеческого тела еще предстояло создать.

Эта гигантская работа выпала на долю Андрея Везалия.