В операционной

Нейрохирургические операции, как правило, производятся под местным обезболиванием. Дело в том, что эти операции, особенно удаление опухолей мозга, нередко длятся 3—4 часа. Они требуют от нейрохирурга такой осторожности и тонкости движений, что в его работе не должно быть даже намека на торопливость. Естественно, что общий наркоз в течение нескольких часов может быть небезопасен для некоторых больных с тяжелыми заболеваниями центральной нервной системы.

Методика местного обезболивания в настоящее время (особенно в советской нейрохирургии) разработана так тщательно, что в течение длительной операции больной совершенно не ощущает боли. Поэтому нет ничего удивительного в том, что больной, лежа на операционном столе, разговаривает с хирургом, отвечает на его вопросы, рассказывает о своем самочувствии. Даже маленькие дети хорошо переносят операции под местной анестезией. Нередко можно видеть, как во время операции сестра, сидящая рядом с ребенком, рассказывает ему сказку, показывает любимые игрушки.

И все же при всех достоинствах и безопасности местного обезболивания, которое уже давно и прочно «принято на вооружение» современной хирургией, его нельзя считать универсальным и самым лучшим методом для всех больных и для всех операций. В ряде случаев в нейрохирургии успешно применяется наркоз — внутривенный (когда наркотическое вещество инъецируется непосредственно в кровь) или ингаляционный (когда наркотические газы — эфир, закись азота — вводятся в легкие). В последнем случае используются весьма сложные современные наркозные аппараты.



Во время нейрохирургических операций необходимо особенно внимательно следить за состоянием больного. Поэтому в нейрохирургических операционных мы можем увидеть не только опытных врачей, но и множество их помощников — точных и сложных инструментов, приборов и аппаратов.

Они в течение всей операции чутко регистрируют работу сердца, сосудов, биотоки мозга, дыхание больного, температуру его тела, уровень насыщения его крови кислородом и т. д.

Операция на мозге начинается с кожного разреза, который обычно делается подковообразной формы. Отвернув этот кожный лоскут в сторону, хирург приступает к трепанации черепа. С помощью специальных инструментов в костях черепа образуют круглое «окно» диаметром примерно 6—8 сантиметров. Через это отверстие после разреза твердой мозговой оболочки нейрохирург может подойти к той области мозга, где имеется опухоль, абсцесс, металлический осколок.

В конце операции выпиленный участок кости укладывают обратно на место, а мягкие покровы головы и кожу тщательно зашивают шелковыми швами. Через 3—4 недели только незаметный кожный рубец будет свидетельствовать о том, что человек перенес сложную операцию на мозге.

Можно сказать, что в нейрохирургии нет простых операций. Операции на мозге требуют от хирурга больших знаний и опыта, максимальной сосредоточенности, точно рассчитанных и продуманных движений. Так, например, для того чтобы удалить опухоль гипофиза, располагающуюся глубоко под мозгом, нейрохирург должен исключительно осторожно отодвинуть в сторону лобную долю мозга и «подойти» к опухоли через глубокую и узкую щель, образовавшуюся между приподнятым мозгом и костями основания черепа. В этот момент в операционной выключают огромную бестеневую лампу над операционным столом, выключают и лобный рефлектор, то есть электрическую лампу с отражателем, укрепленную на белой шапочке хирурга. Лишь крохотная, величиной со спичечную головку, электрическая лампочка на тонком металлическом стебельке, введенная ассистентом в глубину мозга, освещает хирургу «путь» к опухоли.

  • Новая глава нейрохирургии