Окна и цветы

Мы задержались у окна, заинтересовавшись панорамой новостройки. Сквозь стекла видно хорошо. Окна чистые...

Раньше, когда стекла еще не было или оно ценилось чуть ли не на вес золота, в окна вставляли слюду, бычий пузырь. Света проникало не так уж много. Примерно столько же, сколько и сейчас через давным-давно немытые стекла. Грязь может съедать до 50 и более процентов естественного света, падающего на стекло, и большую часть ультрафиолетовых лучей. И словно это не комната современного человека, а приказ времен царя Михаила Федоровича.

А ведь с незапамятных времен известно крылатое изречение: «Куда часто заглядывает солнце, туда редко заходит врач».

Солнце обладает не только микроубивающей силой, оно благотворно влияет на психическое здоровье людей, их настроение. Не случайно говорят: «Что это у вас в комнате темно, как в тюрьме (как в склепе),— отодвиньте занавески».

Тяжелые, плотные шторы совсем не пропускают света, занавеси из редкого тюля поглощают его около 20 процентов, из частого — до 35.
(Если в северных районах страны нужно ловить живительные солнечные лучи, то в южных от них приходится защищаться различного рода козырьками, жалюзи, циновками и т. п.).

Загораживают свет и посторонние предметы на подоконнике. Но относятся ли к ним цветы?

Какое же у нас окно без цветов? Испокон веков они украшали окна в русской деревне, да и теперь радуют И\лаз прохожего герань, бальзамин, чайная роза. В городах чаще встречаются цветы «позаковыристее» — кактусы, пальмы, традесканции...

В целом гигиенисты смотрят на комнатные цветы сугубо положительно, за некоторым исключением. Например, фикус — не ядовит, не пахуч. Многим нравятся его большие лаковые листья. За ним просто ухаживать. Но фикус, разросшийся не в меру, мешает попадать в помещение дневному свету. Растения могут «съесть» до 50 процентов естественного освещения, что, конечно, Вредно, особенно если в семье дети. На подоконниках пусть останутся только небольшие, низкие цветы с тем расчетом, чтобы они не занимали больше 15 процентов площади окна. А высокие и пышные — фикус, инжир, лавр — лучше размещать на низких скамеечках или на специальных подставках.

Красиво и полезно развесить по стенам кашпо с плющами, традесканцией и другими теневыносливыми растениями.

Почему гигиена за комнатные цветы? Резонов несколько. Ну хотя бы потому, что почти все они выделяют летучие вещества — фитонциды, гибельные для микробов. Еще резон — они поглощают углекислый газ и выделяют кислород. Но ведь ночью-то идет обратный процесс. Неопасно ли это? Выяснить, что же происходит в воздухе комнаты ночью, несколько лет назад взялись ленинградские гигиенисты и ботаники. Оказалось, что за ночь 600 комнатных растений выделяют углекислоты не более, чем один человек. Так что опасения напрасны.

Настоятельно рекомендуются цветы для квартир с центральным отоплением: испаряя влагу с поверхности листьев, они увлажняют воздух. К тому же они неплохие пылесосы. Больше растений — меньше пыли. Но если за цветами не ухаживать, не мыть их под дождичком или водопроводной водой, то они сами превратятся в копилки пыли.

Бывает, что человек страдает от аллергии (крапивницы), но не может найти причину заболевания. Тогда нужно проверить, не комнатные ли растения виноваты.

Если поранена рука о колючки кактуса, то кожа долгое время раздражена. Поэтому при уходе за кактусом лучше надевать плотные перчатки. Обрезая олеандр, надо оберегать глаза — у растения ядовитый сок,— а закончив работу, вымыть руки. Если есть дети, олеандр держать не следует — далеко ли до беды!

Однако все возможные неприятности, которые могут причинить растения,— мелочи по сравнению с пользой, которую они приносят. Благодаря им создается благоприятный микроклимат в помещениях. И не только, так сказать, физический. За окном промозглая осень или холодная зима, а у вас перед глазами — лето. И господствует самый гигиеничный цвет — зеленый.

Растения спокойно себя чувствуют и в учреждениях, и в цехах заводов, и в приемных поликлиник. Человек всячески стремится приблизить к себе кусочек живой природы, видеть ее в своем жилище, около рабочего места.

А одна ли флора завоевала его симпатии?