Период империализма сопровождается кризисом буржуазной идеологии. Появляются многочисленные педагогические теории, проникнутые национализмом и шовинизмом.
Буржуазные педагоги стремятся воспитать у молодежи преклонение перед буржуазным государством и образом жизни, отвлекая от революционной классовой борьбы. Буржуазные педагоги отрицают возможность влияния воспитания на закономерности хода развития ребенка, роль воспитателя в формировании личности его, пытаются замаскировать классовую сущность буржуазного воспитания. Они считают, что педагогика — «аполитичная» и «беспартийная» наука, но что дети буржуазии будто бы обладают большей одаренностью, чем дети трудящихся, а судьба детей якобы обусловлена роковой наследственностью, которую невозможно изменить. Многие представители буржуазной педагогики XX века выступали под лицемерным лозунгом защиты прав ребенка, провозглашая его «совершенным существом», в духовный мир которого взрослые не имеют права вторгаться. Шведская писательница Э. Кэй призывала, например, родителей склоняться «перед величием ребенка» и проповедовала «свободное воспитание», или отказ от систематического влияния на детей. Она была против детских садов, а дружбу между детьми именовала «стадностью». Итальянский педагог Мария Монтессори считала, что воспитательница должна поменьше вмешиваться в естественный процесс развития ребенка и только помогать проявлению заложенных в нем богом природных сил. Эти рекомендации Монтессори предлагала для воспитания детей рабочих в «Домах ребенка». В странах, где правит капитал, где царит расистско-фашистский произвол, дети становятся первыми жертвами социальной несправедливости. Безработица, нищета, отчаяние, общее падение моральных и нравственных устоев обусловливают рост наркомании, телесных наказаний, приводящих к увечью и смерти детей в США, ФРГ, Франции, Испании, Англии, Италии...
По свидетельству советского журналиста В. Сырокомского из материалов министерства по делам молодежи, семьи и здравоохранения ФРГ «каждый год по меньшей мере 30 тыс. детей — жертвы жестокого обращения со стороны родителей, из них погибает около тысячи детей». По данным Национального центра заботы о детях (США) в 1976 г. стало известно, что в результате побоев, нанесенных родителями своим детям, зарегистрировано 30% переломов у детей до 3 лет, около 15 000 детей ежегодно получают неизлечимые физические увечья, 80% американцев-родителей считают, что детям нужны телесные наказания. Во Франции в 1975 г. около 3500 детей были брошены своими родителями. Сотрудница Института по охране детства в Турине (Италия) сообщает: «Очень часто в наши больницы доставляют детей с ожогами от сигарет, кровоподтеками, ранами и переломами рук... Ребенок упал с кроватки и ушибся,— говорят матери. Но это чаще всего ложь, средство самозащиты».
По мнению директора этого же Института Э. Таубер, в Италии ежегодно становятся жертвами истязаний 4000 детей. Каждый 17-й из тысячи детей Испании подвергается жестокому обращению. В Англии от жестокого обращения ежегодно погибают более 700 детей, а 4700 маленьких жертв родительской ярости — калеки и психически неполноценные люди.
Вместе с тем в ряде капиталистических стран ширится и крепнет движение в защиту детей, все больше развертывается борьба передовых учителей, врачей, родителей и всех людей доброй воли. Например, в Японии это движение осуществляется под лозунгом «Защищая мир, мы защищаем детей».
В 1979 г. проводился Международный год ребенка. Главной целью его было привлечь внимание правительств всех стран и широких кругов общественности к проблеме улучшения положения детей. Вот что говорится в заявлении Международной демократической Федерации женщин в связи с Международным годом ребенка: «Жизнь всех детей могла бы стать счастливее, если бы правительства и все общество в целом относились к ним с такой же заботой, какой окружены дети в социалистических странах».