Дискуссия

Иногда оказывалось, что реакция сосудов или сердца имеет не одну, не две, а целых три фазы. Приходилось допустить существование уже не двух, а трех типов волокон, причем, судя по всему, мощность и порог каждого последующего типа возрастали по отношению к предыдущему.

Зачем же понадобилось эволюции утроить число вегетативных нейронов? Это ведь не означает простого утроения толщины соответствующих нервов. Это связано и с утроенным числом тел нейронов, которым не так-то уж просторно в тесной черепной коробке и канале позвоночника.

Масла в огонь подлил известный терапевт и физиолог А. А. Остроумов. Он написал в своей статье, что нерв Циона не тормозит сосудосуживающий центр, а возбуждает сосудорасширяющий. Таким образом, возникло представление о нескольких типах и центростремительных и центробежных нейронов, и самих сосудодвигательных центров.

На все искажения своей (и людвиговской) гипотезы Цион ответил несколькими статьями, в которых отстаивал однородность депрессорных нервов и сосудодвигательного центра. Он утверждал, что расширение сосудов при возбуждении депрессорного нерва может происходить единственно путем расслабления сосудистой мускулатуры, то есть вследствие уменьшения  интенсивности импульсации сосудосуживающих нервных волокон, притекающей к сосудистым мышцам. Что же касается отдельного центра для сосудорасширяющих нервов симпатической системы, то, по мнению Циона, это просто иллюзия. Цион выступил и против разносортности нейронов; в этом отношении, как и в отношении сосудодвигательного центра, он получил несколько неожиданную поддержку от Рудольфа Гейденгайна, чья лаборатория в Йене была в некоторой оппозиции к Людвигу.



Эта оппозиция была вызвана не различием научных мнений или вообще мировоззрения. Но если Людвиг разделял уже изложенную нами точку зрения Брюкке и Дюбуа-Реймона насчет того, что в организме не происходит ничего, кроме физических и химических процессов, то Гейденгайн не менее справедливо считал, что некоторые из этих процессов протекают исключительно в живом организме. Иные ученые обвиняли за это Гейденгайна в витализме и идеализме, покуда И. П. Павлов не высказался на этот предмет в том смысле, что Гейденгайн, в сущности, не имеет в виду ничего иного, кроме того, что физические и химические процессы в организме (по крайней мере, некоторые из этих процессов) могут оказаться много сложнее тех, что встречаются в неорганическом мире, и что не следует слишком оптимистично рассчитывать на расшифровку в ближайшем будущем всех явлений жизни.

Очевидно, подобные взгляды побудили Гейденгайна отозваться на публикацию Циона и Людвига статьей, где он высоко оценивал открытие и, не рассматривая теории «специфических сосудосуживающих и сосудорасширяющих» нейронов и центров, высказался о весьма сложной интеграции функций в организме. Интеграция — это не арифметическая суммация, и статью Гейденгайна, физиолога, почти равного по авторитету самому Людвигу, нельзя счесть не чем иным, как выражением полной солидарности с Людвигом и Ционом.

Более конкретно в защиту воззрений Циона и Людвига выступил другой крупный физиолог — Бейлисс, высказавшись против теории «специфичности» волокон и центров, это было, конечно, серьезной моральной поддержкой для Циона. Любопытно, что Карл Людвиг не откликнулся на многочисленные публикации «специфичников» ни одним печатным словом — ни за, ни против такой интерпретации фактов. Значило ли это, что Людвиг игнорирует эту трактовку? Или, наоборот, молчаливо с ней соглашается? Не надо забывать, что на взгляды Людвига в свое время оказал немалое влияние Иоганн Мюллер, который, помимо многих славных исследований, был, к несчастью, и автором «закона специфических энергий». Сегодня можно сказать, что этот закон изжил себя, но еще находятся серьезные мужчины и женщины, которые остаются ему верны, хотя и не могут уже не считаться с фактами, его опровергающими.

Тем временем число исследований, посвященных нерву Циона, росло. К началу XX века выяснилось, что не только блуждающий нерв и нерв Циона, но практически все нервы — и вегетативные, и чувствительные соматические,— способны оказывать на артериальное давление двойственное влияние, то есть повышать или понижать давление в артериях в зависимости от силы раздражения, от частоты раздражающих стимулов и от толщины нерва, или, иными словами, от количества раздражаемых нейронов *. Нужно ли говорить, что все авторы интерпретировали свои данные с позиций злополучного закона специфических энергий Мюллера?

* Соматические нервы в противоположность вегетативным — чувствительные и двигательные нервы поперечнополосатых мышц и чувствительные нервы кожи. В составе соматических нервов и вегетативные нервные волокна сосудов.

Страницы: 1 2 3 4