Некоторые же психосоматики, истолковывая болезнь с позиций религии, считают, что в основе патогенеза болезни, т. е. механизма ее развития, лежит какое-то потустороннее демоническое начало, внедрившееся в организм. А симптомы болезни рассматриваются как символическое выражение намерений этого демонического начала. Примерно на подобных же позициях стоят и некоторые медики, разделяющие философские взгляды экзистенциалистов. По мнению экзистенциалистов, болезнь не является выражением функциональных нарушений, возникших в результате тех или иных патологических изменений клеток, тканей и органов. Симптомы телесных болезней, по их мнению,— не что иное, как иероглифы души, ожидающие своей расшифровки. При подобном понимании болезни воспаление, лихорадка, истощение, отек и т. д.— это лишь символическое проявление какой-то таинственной силы, проникшей в организм человека. Наиболее реакционная часть психосоматиков рассматривает болезнь как выражение разлада между человеком и предустановленным богом порядком. Причину болезни они нередко видят в провинности родителей больного или самого больного перед богом, здоровье же рассматривают не просто как отсутствие болезни, а как гармоническое взаимодействие души и тела, духа и бога.
Если на основе неимоверной переоценки роли духовного, психоэмоционального фактора в жизнедеятельности организма (в состоянии здоровья и болезни) возникла психосоматика, то на основе преувеличения и извращения роли целесообразности в жизнедеятельности организма возникают другие, не менее реакционные теории и воззрения в области медицины и биологии. Если мы встречаемся с определенным порядком гармоничностью, целесообразностью в неживой и особенно в живой природе, то, следовательно, должно быть и какое-то разумное над миром стоящее существо, создающее эту целесообразность. Таков основной довод сторонников этих «теорий».
В учении современного канадского медика Ганса Селье многие вопросы медицинской науки рассматриваются с точки зрения религиозного понимания целесообразности. Если подлинная наука рассматривает целесообразность строения организма, его систем и органов, целесообразность их функционирования (например, некоторую целесообразность воспаления, повышения температуры организма во время болезни и т. д.) как результат в конечном счете приспособления организма к окружающей среде, ее изменениям, то Селье считает, что целесообразность зависит от существования в организме каких-то особых целесозидающих центров. Каждая клетка, ткань, орган и организм в целом будто бы имеют подобные центры. Во главе же этих центров стоит единый универсальный, всеобщий телеологический ** центр — творец, бог. «Нас окружает комплексный мир,— пишет Селье,— и мы сами — комплексы, а за свою короткую жизнь человек не видит вокруг себя ничего! что было бы случайным, без целенаправляющего влияния, создавшего этот объект (т. е. бога. — Г. Ц.)».
С этой точки зрения раковое заболевание — это якобы столкновение целевых интересов какой-то группы клеток с целевыми интересами всего организма.
Элементами мистицизма окрашен взгляд Селье на вопрос о старении организма и продолжительности жизни человека. Последняя, по его мнению, зависит от количества так называемой приспособительной (адаптационной) энергии. Приспособительная же энергия не вещественна, не материальна, говорит Селье, она имеет духовный, потусторонний характер. Но ссылаясь на существование «творца» («Creator»), Селье предусмотрительно воздвигает барьер между «творцом» и своими научными позициями. Он говорит, что бог и религия не нуждаются в научном истолковании.
Одним из важнейших каналов, по которому ныне распространяется влияние религии на медицину, является неотомизм. Как известно, неотомизм — это официальное философское учение католической церкви. Неотомисты рассматривают бога как первопричину всего существующего.
* А. Г. Лушников. Клиника внутренних болезней в России первой половины XIX века. Медгиз, 1959, стр. 93.
** Греческое teleos — достигший цели, logos — учение. Телеология — это религиозное учение, согласно которому в природе все устроено целесообразно, а развитие природы якобы является лишь осуществлением заранее предустановленной потусторонним существом цели.