Еще Аристотель сказал в свое время: «...хотя может случиться, что он болен по собственной воле, в силу необузданной жизни или неповиновения врачам. Было некогда время, когда ему было возможно не болеть; теперь же, когда время пропущено, это более невозможно, точно так же, как невозможно удержать брошенный камень, однако кинуть или бросить его во власти человека».
В своей книге «Путешествие в духовный мир» (полный текст ее автор завещал опубликовать лишь после его смерти) Ромен Роллам пишет: «Отметить как первого врага, как самую тяжкую битву всей моей жизни — состояние здоровья. Одному богу известно, как приходилось мне изо дня в день бороться против этого жалкого тела и против уныния, иногда близкого к отчаянию, которое оно во мне порождало! Представьте себе только долгую жизнь, на протяжении которой не выпадало дня, ли единого дня хорошего физического самочувствия! С самого раннего детства я был отмечен печатью болезни. Постоянное удушье, которое усиливается с возрастом, изъеденные легкие, хроническое изнурительное воспаление кишечника, нервная система, измотанная этими недугами... и бессонницей, которая в конце концов стала нормальным состоянием...» Но несмотря на это мы знаем, что Ромен Роллан прожил долгую жизнь, создав при этом громадное количество произведений. Только строгое соблюдение предписаний врачей и «битва» против болезней позволили великому писателю победить. Трудно переоценить труд врача, который сумел убедить больного в том, что его интересует не болезнь, а сам больной.
Пациент крайне нуждается в сочувствии, как ребенок в материнском сострадании. Многие, наверное, могут припомнить, как в детстве моментально проходила боль, когда мать своими теплыми руками гладила твои ушибы и говорила что-то ласковое. Не так давно в американской газете «Крисчен сайенс монитор» появилась статья, в которой указывалось, что дети, которые никогда не знали материнской ласки, «эмоционального питания», гораздо чаще умирают от различных болезней.
В беседе с больным нужно проявить сочувствие, сострадание. Крайне необходимо проявить настоящую душевность, утешить больного, чтобы у него после визита к врачу произошла смена неприятных, отрицательных чувств и переживаний приятными и положительными. Постепенно у больного теряется острота отрицательных эмоций, больной успокаивается, со временем к нему возвращается нормальное душевное состояние.
Только гений Л. Н. Толстого мог с такой точностью и выразительностью обрисовать душевное состояние умирающего больного («Смерть Ивана Ильича»), Иван Ильич, 45-летний член судебной палаты, тяжело болен и умирает. В этот наиболее тяжелый и драматический момент в его жизни ему хочется, «чтобы его приласкали, поцеловали, поплакали бы над ним, как ласкают и утешают детей».
В силу своего болезненного состояния, обостренного восприятия больной ждет от врача терпимости, внимания. В такой ситуации каждое целенаправленное слово ценится «на вес золота». Причем слова не трафаретные, а идущие от души.
Издавна считалось, что «слова не игрушка, а великое орудие жизни». От души говорить может только добрый человек, ибо эта черта рождает настоящую человечность, способность понять чужую боль. «Бесценны души, — писал Ж -Ж. Руссо, — творящие добро. Против всего можно устоять, но не против доброты». Именно в наш век — век индустриализации, научно-технического прогресса, когда компьютеры дают рациональный совет по любому поводу, а электронно-вычислительные машины диагностируют заболевания, неимоверно возросла цена обыкновенного слова. М. М. Пришвин образно сравнивал доброе слово по силе эмоционального воздействия на человека со звездой. «В каждой душе слово живет, горит, светится как звезда на небе, и как звезда погасает, когда оно, закончив свой жизненный путь, слетит с наших губ. Тогда сила этого слова, как свет погасшей звезды, летит к человеку на путях в пространстве и во времени».