Операция краниотомии в историческом аспекте

Granzow (1934), Fischeft (1927) и др. указывали, что за период с 1900 по 1933 г. процент случаев краниотомии колебался от 0,18 до 0,99. Н. И. Александров обобщил данные нескольких родовспомогательных учреждений и обнаружил, что процент краниотомии составил за 1900—1934 гг. 0,3, а за 1931—1940 гг. —0,36.

Я. Н. Полонский (1944) привел данные за 1938 и 1939 гг. и установил, что из 100 оперативных вмешательств в родах на долю кесарева сечения приходилось 20,2%, акушерских щипцов — 63,4%, перфораций головки — 16,4%. Автор проанализировал 109 случаев перфорации головки и пришел к выводу, что эта операция все еще занимает видное место в оперативном акушерстве.

Н. М. Суворова за период с 1936 по 1945 г. на 52 624 случая родов отметила 177 случаев перфораций головки, что составило 0,33%. 3. Н. Якубова (1948) приводит данные о 40 752 родах, из которых в 135 случаях (0,33%) роды закончились краниотомией. Kushner и Posner (1945) за период с 1932 по 1943 г. имели 19 краниотомий на 22 705 родов (0,084%). По данным М. М. Мухамедовой (1953), частота плодоразрушающих операций за период с 1947 по 1952 г. составила 0,2%, по наблюдениям Е. В. Голубевой и М. В. Савельевой (1963) — 0,33%. В. А. Сеньковская (1959) описывает 53 краниотомии на 13 121 роды за период с 1950 по 1954 г., что составляет 0,4%.

С. Л. Ващилко (1963) проанализировал исходы 1000 родов у рожениц, у которых родились плоды с весом 4000 г. Процент краниотомии в этих наблюдениях составлял 0,7. Такой большой процент объяснялся значительным количеством рожениц с клинически узким тазом, у которых был упущен момент для своевременного применения кесарева сечения.

По А. М. Агаронову (1963), частота краниотомии составляет 0,1—0,2%, по Dietel, Keding (1964), Obama и соавт. (1966) —0,15—0,24%.

Характерен период после 50-х годов XX столетия, когда были отмечены большие успехи в области медицинской науки. В акушерской практике начали применяться сульфаниламиды, антибиотики; в широких масштабах начало производиться переливание крови; продолжалось совершенствование методов обезболивания, применяемых у рожениц с различной акушерской и экстрагенитальной патологией; шире стала применяться операция кесарева сечения.

Т. А. Серова (1954) на основании анализа исходов 344 кесаревых сечений сделала вывод о том, что развитие инфекции в родах не ухудшает прогноз абдоминального родоразрешения для Матери и плода. К такому же выводу пришли М. С. Фролов (1945), Н. Н. Чукалов, А. А. Василькова (1951), П. А. Маркарян (1959), Г. М. Савельева (1959), Р. И. Мовшович и Г. К. Никитина (1960), которые показали, что при наличии антибиотиков развитие инфекции в родах не может считаться абсолютным противопоказанием к кесареву сечению. Однако ограниченность исследований по этому вопросу не позволяет категорически высказаться о допустимости кесарева сечения при инфицированных родах (К. Н. Жмакин, 1952).

Благодаря улучшению оперативной техники, асептики и антисептики, широкому охвату населения акушерской помощью краниотомия стала занимать иное, чем раньше, место в акушерстве. Особенно это касается краниотомии на живом плоде. Поскольку исследования авторов прошлого столетия, посвященные краниотомии, в настоящее время представляют не только исторический интерес, но и дают ценные сведения, отражающие особенности родовспоможения той эпохи, целесообразно более подробно рассмотреть вопрос о частоте краниотомии (таблица 1).

Таблица 1. Частота краниотомии па данным различных авторов