Вместе с тем, имеющиеся в настоящее время гистоморфологические исследования свидетельствуют о том, что и неиммунологическое ишемическое повреждение почек и иммунологическая реакция отторжения вызывают как обратимые, так и необратимые структурные нарушения всех отделов нефрона и ренального интерстиция (В. В. Серов, М. Н. Сорокина, 1969, Herbertson 1969; Hamburger и др., 1971; Porter и др., 1966; Price, Palmer, 1960).
Поэтому наиболее полная оценка степени повреждения и восстановления пересаженной почки возможна только при изучении динамики состояния комплекса как клубочковых, так и канальцевых функций. Этого же требует и своевременное выявление возникновения иммунологического отторжения аллотрансплантата, при котором, по-видимому, нарушения отдельных почечных процессов могут развиваться не одновременно, а иногда быть изолированными (М. Я. Ратнер и др., 1973; Graziani и др., 1967; Braun, Merrill, 1968; Manuel и др., 1969).
Исследованиями В. А. Горяинова (1971), М. В. Чудновской и др. (1973), Better и др. (1969), Gyory и др. (1969) установлены нарушения отдельных канальцевых процессов аллотрансплантированной почки, проявляющиеся ренальной глюкозурией, амино-ацидурией, фосфатурией, ренальным тубулярным ацидозом, нарушением способности к осмотическому концентрированию и разведению мочи, а также к экскреции ионов водорода и аммония. Однако динамика состояния канальцевых функций прослежена лишь в отдельных исследованиях (В. А. Горяинов, 1971; Better и др., 1970), в то время как большинство исследователей рассматривает тубулярные повреждения аллотрансплантата без специального учета сроков их обнаружения. Имеются только единичные сообщения, посвященные изучению нарушений отдельных канальцевых процессов при острых кризах и хроническом течении иммунологической реакции отторжения (М. Я. Ратнер и др., 1973, Mookerjee и др., 1969, Graziani и др., 1973). Для уточнения этих процессов мы стремились проследить динамику восстановления комплекса отдельных почечных процессов и выяснить характер дисфункции аллотрансплантированной трупной почки, свойственный различным этапам посттрансплантационного периода как в отсутствие проявлений реакции отторжения, так и при возникновении последнего.
Аллотрансплантация трупной почки произведена 33 больным в возрасте от 14 до 47 лет (возраст доноров — от 20 до 30 лет).
Динамика функционального состояния аллотрансплантата прослежена в течение первых 3 месяцев у 25, полугода — у 15 и одного года — 11 из этих больных.
Причиной хронической почечной недостаточности, явившейся показанием к аллотрансплантации почки, у 27 больных был хронический гломерулонефрит, у 6 — аномалии развития почек (у 4 — поликистоз, у 2 подковообразная почка, осложненная хроническим пиелонефритом). Собственные почки не удалялись,
Функция трансплантата началась сразу после включения в кровоток у 18 больных, а у 15 остальных — спустя 5—26 суток,
Иммунодепрессивная терапия заключалась, главным образом, во введении преднизолона и имурана. Суточная доза преднизолона в течение первого месяца составляла 60—40 мг, второго месяца —35—30 мг, начиная с 3-го месяца и позднее — 20 мг. Доза имурана колебалась в пределах 3,5—0,5 мг/кг веса, а у большей части больных была равна 2—2,5 мг/кг веса.
Применение более высоких доз ограничивалось возникновением лейкопении.
У 12 больных на протяжении первых 2 недель применялся АЛГ в дозе, содержащей 300—1200 мг белка.
Прослеживалась динамика концентрации мочевины и креатинина в плазме крови, клубочковой фильтрации (по клиренсу эндогенного креатинина), клиренса мочевины, канальцевых функций, регулирующих осмотический и кислотно-щелочной гомеостаз.
Одновременно изучались характер и выраженность протеинурии, которую в аспекте современных представлений о механизмах экскреции белка почками можно рассматривать как проявление повреждения функции аллотрансплантата «по обработке сывороточного белка».