Не окажется ли со временем, что никакой первичной глаукомы и не бывает, что нет ключика от этого механизма, потому что и механизм такой в отдельности не существует, а разные недуги и сдвиги, разными причинами вызванные, в союзе с предательскими слабостями организма, общими или местными, могут выказаться в той совокупности болезненных проявлений, которую объединяют названием первичной глаукомы и которая на самом деле всегда вторична — и не по отношению к чему-то одному?..
Данчева считает, что необъяснимая первичная глаукома со временем распадется на объясненные вторичные, И это ведь свойственно болезням — распадаться...
Какое же «данное заболевание»!
В научной литературе, говоря о нем, все чаще употребляют множественное число: «глаукомы».
Хорошо бы нам под конец получить представление об одной из них — об одной из глауком; заполучить в руки ограниченное, но осязаемое знание, вылупившееся из необъятной задачи.
И, кажется, нам повезло. Благосклонная случайность!
Больше десяти лет работала Людмила Терентьевна Кашинцева, врач и научный сотрудник, и вот как раз закончила работу и представила своему научному консультанту (директору института) солидного объема рукопись под заглавием: «Глаукома у больных сахарным диабетом».
Ничто не мешает нам заглянуть в эту рукопись.
Тогда мы уясним себе, что такое вторичная глаукома в намечающемся новом понимании — глаукома как следствие определенной не глазной болезни. И взята болезнь, от которой мы готовы ждать этого следствия: сахарный диабет рассматривают как болезнь обменно-сосудистую.
Можно прочесть рукопись, а можно и с автором поговорить. Тоже ничто не мешает! Она, автор, еще вся полна этою работой, переполнена, и поделиться... да с радостью!
Но вот ведь какая опять неожиданность...
Кашинцева не хочет вложить нам в руки синицу — одну из глауком. Она не считает, что у больных сахарным диабетом какая-то особенная по клиническим проявлениям глаукома; и не считает ее вторичной. Хотя связь глаукомы с диабетом у этих больных — вполне отчетливая.
Те изменения в дренажной системе и в мелких кровеносных сосудах глаза, которые у них возникают,— причем, по наблюдениям Кашинцевой, не разновременно, нет, а там и тут в одно и то же время,— возникают на одной и той же почве: именно на почве сахарного диабета.
С тем, однако, уточнением, что сахарный диабет она рассматривает как старение. Да, старение, только рано и грубо надвинувшееся...
Как тут не вспомнить старых адреналиновых кроликов,— именно и непременно старых!
И это мы к месту, пожалуй, вспомнили, но врач Кашинцева строит свои выводы на другом материале — он у нее сплошь «человеческий»: больные (обследование больных диабетом и глаукомой; диабетом без глаукомы; глаукомой без диабета) и глаза умерших (диабетиков, у которых была глаукома; у которых ее не было; и просто скоропостижно умерших стариков).
Так вот: у людей, диабетом не страдающих, могут наступить такие же изменения в глазу — на почве старения.
А наступят они или не наступят — не у всех же стариков глаукома (и не у всех диабетиков тоже, но у них все-таки раз в пять чаще),— это зависит от того, какие слабости подчеркнула в организме старость, зависит от «почерка старения», как выразился один специалист в этой области.
Почерк же этот вырабатывается не нами, в продолжение одной жизни, а в долгой смене поколений до нас...
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52