К третьей неделе состояние сенсибилизации достигает полного развития.
Можно, коли нужно, и снять это состояние, можно десенсибилизировать морскую свинку: надо только ввести ей небольшую дозу того же белка — слишком малую, чтобы вызвать тяжелый шок,— и на несколько дней она утратит повышенную чувствительность к нему.
Так и делают, это второй этап эксперимента: на третьей неделе свинку десенсибилизируют.
Но вводят ей — и в этом соль эксперимента! — вводят не совсем то же самое, не вытяжку из обожженной, а вытяжку из нормальной, здоровой роговицы кролика.
Соль вот в чем.
Если допустить, что ожог привел к образованию аутоантигенов, а это предположение и проверяется, то свинке в первый раз, три недели назад, ввели смесь, сумму антигенов: те, которые присущи нормальной роговице кролика (они ведь не исчезли после ожога!), и новые, дополнительные (они, как предполагается, появились после ожога); и свинка, со свойственной ей педантичностью, выработала антитела к тем и к другим и была готова бурно реагировать на повторное появление и тех, и других.
Теперь же, после введения небольшой дозы нормального роговичного белка, она утратила повышенную чувствительность к одним антигенам (нормальным), но сохранила — к другим (ожоговым). Если они есть.
Через два часа еще раз вводится вытяжка из здоровой роговицы, но в дозе большей, чем раньше, опасной. Это называется «проверка полноты десенсибилизации».
Свинка отнеслась к этому покушению спокойно — значит, она действительно утратила чувствительность к нормальному роговичному белку. Он ей теперь не опасен, доказано.
Остается узнать, был ли там и какой-то другой.
И вот — еще через два часа — заключительный этап: вводят белковую вытяжку из обожженной кроличьей роговицы.
«Разрешающее введение», или «разрешающая доза», так называют это повторное введение солидной дозы белка — того, которым свинка была сенсибилизирована.
Теперь-то он, во всяком случае, тот самый, что в первый раз!
И вызовет реакцию, если это сумма и существует второе слагаемое: если в обожженной роговице действительно появились молекулы с иными, чем у здоровой, антигенными свойствами.
Свинки сильно почесывают лапками нос.
Взъерошивают шерстку.
Чихают, кашляют.
Непроизвольно мочатся и пачкают.
И температура понизилась...
Реакция анафилаксии. Да, вот это необычное поведение свинок — это она и есть! Она не была смертельной— ни удушья, ни конвульсивных прыжков и судорог, но она была — вне всякого сомнения.
Ничего похожего не происходило с контрольными свинками.
Этих сенсибилизировали (первый этап) нормальным роговичным белком. А дальше все шло точно так же: десенсибилизация (тоже, как и там, нормальным белком), проверка ее полноты и, наконец, введение вытяжки из обожженной роговицы.
Никакой реакции. Никакого взъерошивания, никаких необычных и непочтенных поступков. Поведение этих свинок не изменилось.
И отчего бы ему меняться? К нормальному роговичному белку они полностью десенсибилизированы, а с белком измененным, изменившим свои природные свойства под действием ожога, они на заключительном этапе встретились еще только в первый раз!
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48